![](https://cdn.iportal.ru/news/2015/99/preview/6b010744587955aaf49c0e8cc87e8bd907fee2b6_1138_503.jpg)
Друг и коллега убитого генерального директора охранного предприятия «Каскад» Вадима Чечеля заявил на суде: показания о дополнительных источниках дохода погибшего он давал в нетрезвом состоянии. Это позволило адвокатам обвиняемого в организации этого убийства президента Федерации вольной борьбы Петербурга Владимира Кулибабы заявить о давлении, якобы оказываемом на свидетелей. Как защита Кулибабы воспользуется этим, непонятно: если Чечель и имел дополнительные доходы, то они, похоже, были связаны с олимпийским Сочи, а к Олимпийскому комитету был близок и сам Кулибаба.
Подписал, не читая
На сегодняшнем судебном заседании окончательно стало ясно, каким образом адвокат Юрий Новолодский и его коллеги собираются выстраивать тактику защиты Владимира Кулибабы (который, по версии следствия, организовал убийство Вадима Чечеля в интересах неустановленного лица). Адвокат Новолодский методично заставляет допрашиваемых на процессе свидетелей рассказывать про материальное положение Чечеля таким образом, чтобы присяжные видели: у покойного примерно за год до смерти появились не изученные следствием источники доходов.
Смысловой вектор понятен: такие источники доходов могли стать причиной убийства. А раз следствие это в качестве версии не рассматривало, значит, вполне уместно предположить, будто Чечеля заказал кто-то другой, кого следствие не увидело, потому что слишком увлеклось обвинениями в адрес Владимира Кулибабы.
Представитель гособвинения не менее настойчиво задаёт свидетелям такие же вопросы, но с обратной целью – показать присяжным, что никаких дополнительных источников дохода у покойного не было. И в целом гособвинению удаётся добиться желаемого результата.
Но при допросе одного из свидетелей – друга и коллеги покойного Михаила Байрамова – произошло столкновение интересов. Адвокат Новолодский поймал Байрамова на существенных противоречиях между данными им в суде показаниями и показаниями, которые тот давал на этапе предварительного следствия.
Ранее Байрамов, в частности, сообщил о том, что Чечель рассказывал, как на собственные деньги арендовал самолет для поездки с Марией Строгановой в Венецию сразу после так и не состоявшейся свадьбы. Также Байрамов говорил тогда, что уровень жизни покойного, по его мнению, явно не соответствовал уровню его официальных доходов.
На суде Михаил Байрамов дал противоположные показания: мол, жил Чечель весьма скромно и оплачивать подготовку к свадьбе не мог – это, по мнению Байрамова, могла сделать только Мария Строганова. Пойманный на существенных противоречиях свидетель объяснил: когда Чечель погиб, он с горя запил, поэтому не помнит, что говорил, а протокол допроса подписал, не читая, потому что в момент допроса был нетрезв.
Деньги в банке и земли в Сочи
В момент гибели у Вадима Чечеля было при себе 70 000 рублей и 1400 долларов, в его банковской ячейке обнаружили 2,5 миллиона рублей, кроме того, незадолго до гибели он приобрёл три престижные (хотя и подержанные) иномарки. Всё это, по мнению некоторых участников процесса, не соответствовало уровню его официального заработка (до 150 000 рублей в месяц), однако, нельзя исключать, что директор крупного охранного предприятия мог иметь и не зафиксированный в бухгалтерии доход.
Об этом никто из бывших коллег и тем более руководителей покойного, естественно, официально не рассказывает. Но уровень упомянутых выше цифр в принципе соответствует такому предположению. Более того, стоить заметить: Вадим Чечель так и не смог купить себе квартиру – так что баснословных доходов у него точно не было.
На одном из судебных заседаний также выяснилось, что Вадим Чечель пытался торговать земельными участками в Сочи. Это позволяет предположить: покойный мог иметь коммерческие связи с работниками Олимпийского комитета России. Речь идёт о том периоде времени, когда главой Олимпийского комитета был Леонид Тягачев, а Чечель собирался жениться на его бывшей подруге.
О том, что Чечель искал покупателей на земельные участки в Сочи, суду заявил один из бывших коллег покойного, который настоятельно просил корреспондента «Фонтанки» не называть его фамилию.
По словам просившего об анонимности свидетеля, некоторое время спустя после знакомства с Марией Строгановой Чечель стал интересоваться покупателями на сочинскую землю. При этом у свидетеля сложилось впечатление, будто речь шла об участках, которые он мог продать при посредничестве Марии Строгановой.
Эта женщина долгое время дружила с бывшим председателем Олимпийского комитета России Леонидом Тягачёвым (Чечеля убили у дома, где он проживал вместе с Марией Строгановой и её общим с Леонидом Тягачёвым ребёнком). Олимпийский комитет, напомним, ведёт масштабное строительство спортивных и сопутствующих объектов в Сочи, где предполагается проведение Олимпийских игр в 2014 году.
Таким образом, в судебном заседании всплыли обстоятельства, которые могут указывать на возможное наличие как минимум косвенной коммерческой взаимосвязи между Вадимом Чечелем и Леонидом Тягачевым.
Сложно сказать, каким образом этими фактами сумеет воспользоваться защищающий Владимира Кулибабу адвокат Юрий Новолодский – ведь «ниточка» всё равно ведёт в Сочи, то есть, в Олимпийский комитет, помощником главы которого был тогда Кулибаба.
Во время предварительного следствия Леонид Тягачёв от дачи показаний отказался, ссылаясь на 51 статью Конституции. В суде он пока не допрашивался.
Справка:
Владимир Кулибаба обвиняется в организации убийства по найму (часть 3 статьи 33 и пункт «з» части 2 статьи 105 УК РФ) и в незаконном обороте оружия, с помощью которого было совершено преступление.
Вадим Чечель был убит несколькими выстрелами в упор 24 апреля 2008 года у дома 29 по Фурштатской улице. В этом доме он проживал со своей невестой Марией Строгановой (у них была запланирована свадьба) и её сыном, отцом которого является бывший глава Олимпийского комитета России, а ныне член Совета Федерации Леонид Тягачев («Фонтанка» подробно описывала эту ситуацию). Владимир Кулибаба в то время занимал пост помощника Тягачёва в Олимпийском комитете.
В 2009 году непосредственный исполнитель этого убийства Александр Дружинин был приговорен Санкт-Петербургским городским судом к 20 годам лишения свободы за совершение этого и других преступлений. В октябре 2011 года Санкт-Петербургский городской суд признал виновным ещё одного участника убийства Чечеля — Олега Гырзина, бывшего охранника Кулибабы. Гырзин полностью признал свою вину, раскаялся и оказал содействие следствию, в связи с чем получил очень мягкий приговор — 8 лет условного лишения свободы. Гырзин передавал киллеру оружие и показывал ему дом, в котором проживал покойный Чечель.
Константин Шмелев, "Фонтанка.ру"