![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/79c3a9f99a3dd6d4948516ccde0033f70644df73_1400_933.jpg)
Глава Центробанка Эльвира Набиуллина в среду, 12 апреля, выступила в Госдуме с регулярным отчетом о работе регулятора. Этот отчет описывал динамику самого тяжелого за всю историю наблюдений года для финансового сектора.
Даже в самые лютые для страны времена наша банковская система продолжала работать как часть мирового финансового рынка, черпая поддержку оттуда. То, что приключилось в феврале-марте 2022 года, вполне могло стать катастрофой без выживших. Но оглядываясь назад, стоит признать: в итоге вышла хроника пикирующего бомбардировщика.
«Фонтанка» проанализировала самые яркие значимые цитаты главы Центробанка и объясняет, что они значат для мирных жителей.
Чем тушить пожар на финансовом рынке?
«Самые первые и самые массированные санкции были введены именно против финансового сектора. Рынки на это отреагировали очень высокой волатильностью, курс рубля начал стремительно падать, вы, наверное, помните, как и фондовые индексы… Чтобы привести в чувство валютный рынок и не допустить неконтролируемого разгона инфляции, мы повысили ключевую ставку сразу до 20 % годовых. Для того чтобы иметь возможность влиять на валютные потоки после заморозки резервов, были введены ограничения на движение капитала. Первые ограничения были очень жесткими, это было буквально тушение пожара. Тем не менее эти быстрые и радикальные меры помогли предотвратить инфляционную спираль, быстро пройти пик инфляции и избежать девальвации курса, которая, как вы помните, всегда происходила в прошлые сильные кризисы».
Действительно, «потушить пожар» ЦБ РФ удалось, но как?
Как «обычно» развивается кризис в «сырьевой» экономике? Негатив на рынках вызывает кризис, кризис провоцирует резкий отток капитала из страны и обесценивание национальной валюты. Люди, спасая сбережения, бегут в банки за деньгами. Эти деньги они срочно меняют на товары, и мы получаем рост цен. Но восполнить дефицит нечем — в кризисной ситуации нет кредитов по доступной ставке, а только по высокой. Нет кредитов по доступной ставке — тормозят/останавливаются производства, а компании перестают исполнять контракты. Нехватка денег заставляет правительство и компании сокращать расходы. Нет расходов — нет экономической активности — образуется дефицит товаров — ну, дальше по классике, цены на них растут.
Но в РФ все пошло не так. Финансовый регулятор, скорее всего, и «знал», и «готовился» именно к такому сценарию и сразу поднял ключевую ставку — и люди, обрадовавшись росту ставок по депозитам, не тронули свои вклады. Одновременно ЦБ запретил выдачу валюты в руки — и сохранил банкам валютные депозиты.
Но повезло и правительству — оборот внешней торговли РФ по итогам 2022 года вырос на 8,1 % и составил $ 850,5 млрд, при этом экспорт вырос на 19,9 % — до $ 591,5 млрд, импорт сократился на 11,7 % — до $ 259,1 млрд. Экстремальные доходы от экспорта в сочетании с резким падением расходов на импорт привели к тому, что «пожар» в экономике власти смогли буквально залить деньгами.
Сложности с расчетами
Но потом деньги из экономики «полились через край» — отток капитала в 2022 году составил порядка 13 % ВВП.
Еще раз — правительство щедро заплатило за «выполнение задач», но свои деньги люди предпочли выводить из страны. И ЦБ РФ этого даже не скрывает — уход четверти триллиона долларов ты не спрячешь
Но вот что по этому поводу говорит глава ЦБ:
«Многие депутаты нас спрашивали на рабочих группах: не беспокоит ли нас отток капитала в этих условиях, когда мы ослабили валютные ограничения? Если посмотреть на цифры сальдо финансового счета, все их называют, я бы хотела обратить внимание, что это не отток капитала, это не деньги, потерянные для российской экономики. Это все-таки прежде всего заметная часть той валюты, которую наши компании и граждане держат за рубежом, в том числе и для покупки импорта, для обслуживания внешнеэкономических операций. Потому что есть сложности с международными расчетами, и значительная часть этих средств идет именно на оплату так необходимого в стране импорта. Поэтому, на наш взгляд, валютный контроль должен и защищать от санкционного давления, но одновременно как можно меньше мешать внешнеэкономической деятельности. К такому балансу мы и стремимся».
«Сложности», о которых говорит Эльвира Набиуллина, они вот какого рода: новым торговым партнерам РФ оказались не нужны не только рубли, но и собственные расчетные единицы — об этом финансовый регулятор сообщил в «Обзоре российского финансового сектора и финансовых инструментов. 2022 год».
«Часто валюты дружественных стран являются неконвертируемыми или ограниченно конвертируемыми. Они могут обладать более высокой волатильностью, при этом рынки производных финансовых инструментов в этих валютах, как правило, менее развиты по сравнению с рынками традиционных валют, что осложняет хеджирование рисков валют дружественных стран. Эти особенности, а также низкие двусторонние внешнеторговые обороты между Россией и рядом дружественных стран или дисбаланс в торговле с ними… осложняют переход на расчеты в национальных валютах: спрос на соответствующую валюту на внутреннем рынке может не покрывать ее предложение или наоборот. Кроме того, даже при переводе оплаты за экспорт в валюты дружественных стран ряд контрагентов требуют использования доллара США и евро при оплате импорта. Это создает дополнительные сложности при расчетах за импортные товары».
Дисбаланс — это вот о чем: Россия имеет положительное сальдо текущих операций (продаем больше, чем покупаем) с большинством партнеров. Но эти партнеры готовы платить РФ-экспортерам своими валютами, но принимать их в уплату сами не собираются — требуют доллары.
«Таким образом, даже при переводе расчетов в валюты дружественных стран полностью уйти от риска токсичных валют не получится, если валютой контрактов остаются во многом доллары США или евро», — пишет ЦБ РФ.
В переводе с банкирского на русский: можете считать контракты в чем угодно, но, чтобы получить импортные товары, вам нужны доллары и евро.
«В текущих условиях доллар США и евро нередко являются предпочтительными валютами и для экспортеров из дружественных стран», — подчеркивает ЦБ. Раньше рубль зависел от нефти, теперь он зависит и от того, по какому курсу российским экспортерам заплатят за нефть юанями и по какому курсу обменяют юани на доллары.
И что характерно, ЦБ ни словом не упомянул, что какие-то дружественные страны накапливают резервы в рублях. А все потому, что рубли никто не накапливает: «Девалютизация банковской системы происходит параллельно с накоплением резидентами валютных активов за рубежом. Частично средства на зарубежных счетах могут использоваться для оплаты параллельного импорта и проживания выехавших из России граждан», — уточняет ЦБ РФ.
Но такого долларового дождя, который пролился на экономику РФ, больше не будет, подчеркивает ЦБ РФ: «…в 2022 году на фоне благоприятной ценовой конъюнктуры на основные экспортируемые товары и при значительном сокращении объемов импорта произошло ускорение накопления чистых иностранных активов российской экономикой. Однако, согласно прогнозам, положительное сальдо счета текущих операций в последующие годы будет последовательно снижаться, что замедлит накопление иностранных активов в будущем».
Время капитала
Так откуда же ЦБ предполагает взять деньги в будущем?
«…мы видим, что на протяжении уже многих лет у нас доминирует банковский кредит как способ финансирования предприятий. Но это не означает, что это вполне нормально. У нас есть очень большие возможности для развития фондового рынка. Вы знаете, что у нас активно развивался рынок облигаций, но это тоже заемные средства. То есть кредиты, облигации — тоже заемные средства…
Но вот помимо долгового финансирования — кредитов и облигаций, — конечно, на наш взгляд, нужно больше внимания обращать на привлечение акционерного капитала, то, что называют долевым финансированием.
Ведь долг в любой ситуации — это только дополнительный источник для компании, но ни одна компания не может развиваться без капитала. Капитал формируется у нее за счет реинвестирования прибыли, но и за счет привлечения новых акционеров. Для этого необходим рынок капитала. И здесь у нас большой потенциал. Потому что, если сравнивать нас с другими странами, у нас, например, в свободном обращении находятся всего 10 % акций, во многих странах это 80%. То есть они активно привлекают инвесторов».
Другими словами, глава ЦБ РФ не считает «вполне нормальным» расширение кредита (то есть видит рост рисков его невозврата). И говорит о развитии фондового рынка — то есть об акционировании предприятий. В долг не дадим, а долю купим. Это на самом деле как-то пересекается с недавним заявлением главы ВТБ о «необходимости приватизации». У кого надо деньги есть, и настает время превратить эти деньги в активы.
Дмитрий Прокофьев, специально для «Фонтанки.ру»
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/79c3a9f99a3dd6d4948516ccde0033f70644df73_1400_933.jpg)