На экраны вышел фильм-призер Берлинского кинофестиваля «Одержимая». О том, как работает исторический хоррор, в котором нет ни грамма мистики, зато есть настоящий ужас, — рассказывает обозреватель «Фонтанки».
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/080b6dbddc3c3a8230e2172d8691324a06ceeaef_1200_675.jpg)
Женщина крестьянского вида с изможденным и отстраненным лицом идет по сумрачному лесу посреди деревьев и мха. В руках у неё плачущий младенец, завёрнутый в одеяло. Женщина идёт долго, поднимается в горы и стоит на краю водопада, глядя вдаль. Ребёнок не унимается. Женщина стоит так с ним какое-то время, а затем бросает его в пропасть.
Картина австрийских режиссеров Вероники Франц и Северина Фиала «Одержимая» базируется на реальных событиях — в основу сценария легло исследование Кэти Стюарт «Непрямое самоубийство». В
Персонаж Агнес в исполнении Ани Пляшг (главная героиня фильма) основан на истории одной из таких женщин, австрийской крестьянки Евы Лицлфельнерин, жившей в середине
В оригинале фильм называется Teufel’s Bad, «Купальня дьявола» — так крестьяне тех мест называли депрессию. Никакая не «Одержимая» — хотя, конечно, для Вольфа и остальных поселян, не имеющих представления о работе психики, состояние Агнес представляет собой что-то среднее между физической болезнью и грехом, открытостью злым силам. Они пытаются исправить дело теми способами, которые им доступны: например, в ходе болезненного ритуала прокалывают ей шею иголкой и оставляют в ране нитку, чтоб немощь вышла наружу. Конечно, это не помогает. Единственное, что притягивает Агнес, завораживает и вместе с тем ужасает — обезглавленное тело казненной женщины, выставленное в назидание на поляне, да огромный, тёмный, лишённый людей лес вокруг.
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/33560da7a55ed4c7370aa750d9230dcb00150862_1200_649.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/f2a6a9d3cb41c69742e27c0b50b5c489012625c7_1200_637.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/e51c135c0cc91bba0db85fdfbb4475590e47d45b_1200_649.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/ab0a005f021814fa21104a8f2929db1a0d77b098_1200_649.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/b4e4c05d21a107e455a7a21a2020fd500b4e7a30_1200_649.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/4928cc5c93bd601461ab4db49e34b4ea08dcc03f_1200_675.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/b5ea96951535de4d082c3b3e72ce66f90fc6947e_1200_675.jpg)
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/16b193184c09f6c4ec548f99ca2698b60536d6f9_1200_675.jpg)
Он заворожит и зрителя; оператор Мартин Гшлахт недаром заслужил на Берлинале своего «Серебряного медведя». Съемки шли в разных регионах Австрии и Германии, и каждый кадр — цитата из классической живописи, пейзажи — из Каспара Давида Фридриха, работающие на пруду крестьяне — будто из малых голландцев, камерные сцены в свете лучины — это Караваджо с его резкой светотенью. Всё это становится не просто видовым альбомом, но какой-то симфонией, работающей на смысл происходящего. Двухчасовой фильм с долгими молчаливыми кадрами ни минуты не кажется затянутым — однако затягивает, как омут, в безнадежность.
За кадром весёлые звуки крестьянской мелодии сменяются скрипучими протяжными звуками струнных. Музыку к фильму написала сама Аня Пляшг: для неё это всего лишь третий фильм, а больше она известна как музыкант, создательница собственного проекта Soap&Skin, сумрачных электронно-готических напевов в духе дарк фолка. Сама Пляшг родилась в деревне, жила на свиноферме, которой владели её родители, так что сельская жизнь и тьма ноябрьских вечеров ей прекрасно известны. Но даже и без этого опыта, кажется, она не могла бы сфальшивить в этой роли.
Её Агнес, эмоциональная и набожная, с вечно распахнутыми огромными глазами, безумно — слишком — чувствительная для этого мира. Чересчур уязвимая — как та трогательная, чуть жутковатая коллекция хрупких стрекозиных крылышек и панцирей жучков, которую она хранит как самое дорогое на свете. Ей нет здесь места: преступление и наказание, о котором мы догадываемся с самого начала, будто бы ждут Агнес. Словно мир и общество подталкивают её к этому решению: и холод окружающих, и пример другой казнённой, и проповеди священников в церкви об участи самоубийц.
Автор: RWV Films/YouTube
Другие, вроде Вольфа, тоже страдают, но оказываются устойчивее: их отвлекают ежедневные заботы, а ещё помогают сбрасывать напряжение грубые ритуалы и праздники. На свадьбе в начале Вольф с завязанными глазами под общий смех пытается забить цепом живого петуха: в этом нет никакого преувеличения ради эпатажа, крестьяне разных стран действительно развлекались такими способами. Казни тоже воспринимались как объединяющий праздник.
Всё здесь выглядит достоверно: и одежда, и быт, и умонастроение людей. Фильм Франц и Фиала не содержит никаких намёков на реальную одержимость, на сверхъестественное, Агнес не начинает летать или ползать по потолку, не обретает никаких бесовских сил, но в этом-то, как ни странно, и главный ужас. Это мир, абсолютно лишённый смысла, лишённый зла, но поэтому и добра тоже, лишённый надежды на спасение. Кроме того выхода, к которому прибегла женщина в начале, и конечно, в который неизбежно засасывает, как в водоворот, главную героиню. И этим картина пугает по-настоящему. А скорее, вгоняет в тяжёлую тревогу, как не всякий хоррор способен.
Матвей Пирогов, специально для «Фонтанки.ру»
![](https://cdn.iportal.ru/preview/news/articles/080b6dbddc3c3a8230e2172d8691324a06ceeaef_1200_675.jpg)